Жизнь крайне переменчива, человек непостоянен и, часто само его существование поставлено под угрозу. Нас безмерно угнетает необратимая хрупкость бытия. Многократно разочарованные в тщетных попытках надежно укорениться в ускользающей реальности, мы ищем утешения в иллюзорном мире искусства, – запредельности, живущей и действующей по своим собственным законам. Здесь снимаются все неразрешимые противоречия; жизни и смерти, прошлого и будущего, реального и воображаемого, боли и наслаждения, добра и зла. Ориентиром при этом служит, по мнению Жоржа Батая, некая “автономная духовная точка”, место феноменальной “суверенности”, означающее верховную власть и высшую независимость автора-демиурга.
Путь Никиты Кропоткина от “искусства к искусству” был сложным и противоречивым, похожим, как в песне, на “путешествие от себя к себе”, равным, по сути, обретению собственного “я”. Никогда не изменявший самоценной линии живописи, он практически отошел от нее, работая в технике художественного стекла, погружаясь все глубже и глубже в эту стихию. Однако, самым парадоксальным образом,именно это и вернуло его на “путь истинный”, – сначала к живописным композициям на стекле в ультрасовременной технике glasspaint, а затем к “чистой” станковой живописи.Вне всяких сомнений glasspaint, несмотря на некоторые технологические ограничения, несет в себе специфический, яркий месседж и в этом смысле значительно обогащает творческую кухню художника, но абстрактный язык красочного полотна гораздо более многомерен. У невидимого мира и его значений нет видимого выражения. Трудно передать нечто невообразимое,придать форму несуществующему. Только язык искусства вполне самодостаточен для того, чтобы взять на себя эту амбициозную миссию.
Искусство Никиты Кропоткина – это живопись энергий и силовых полей, живопись потоков света и цвета, зыбкое видение в мерцающем экране запредельного бытия, обладающего всеми атрибутами автономной реальности. Медиум в миры первородных стихий и блуждающих эйдосов.
Сергей Чернов художник, куратор
«Я бы это назвал «редкоземельное искусство» — чувствуется очарование пейзажами земли, но это не те внешние пейзажи поверхности нашей планеты, к которым мы привыкли — это внутренние пейзажи, та земля и глина, что скрывается под травой, та, что несёт в себе запасы руды, драгоценных и полудрагоценных камней, что выносит порой в карьерах и разрезах необыкновенные сочетания красок и фактур. Эти разрезы удивительно живописны и балансируют на грани фигуративного и абстрактного искусства, как магический реализм в литературе, так же и здесь магический кристалл — глаз художника зрит внутреннюю сущность нашей планеты.»
Юрий Нечипоренко писатель, арткритик, член АИС
«К работам Никиты Кропоткина можно отнестись как к явлению неоабстракции. Для абстрактного экспрессионизма в приоритете энергия жеста, в классической живописи значение имеет время, овеществлённое в красочном слое… как протяженное время проживания мысли и эмоций, которые автор решил доверить зрителю – сомысленнику. Работы Кропоткина привлекают именно живым процессом думания и переживания… Исповедальная природа искусства автора позволяет отнестись ко всему блоку его работ как дневнику, который изо дня в день, от одной композиции к другой ведёт фиксацию повседневной жизни современной личности. И это делает этот блок работ художника не только явлением современного искусства, но и историко-культурным документом».
« Живопись Никиты Кропоткина оперирует выразительными возможностями живописной субстанции, изначальной живописной материей, и художник обнаруживает в ней её особый язык, позволяющий ему передавать тончайшие душевные движения. Его живопись не нуждается в опоре на материальные объекты, она как музыка сублимирует неосязаемое, летучее и неартикулируемое. Но при этом вполне реальное, и даже универсальное, гуманистическое личностное состояние. Будучи при этом очень личным авторским высказыванием.»
Ада Сафарова искусствовед, член-корреспондент Российской академии художеств